Риск потерять навсегда

452
0

5 февраля – день памяти Василия Розанова. Единственный в России сохранившийся дом, где жил Василий Васильевич, расположенный в Сергиевом Посаде на улице Полевой, 1, находится в плачевном состоянии, являясь частной собственностью. Активисты, среди которых сергиевопосадский педагог и писатель Юрий Палагин, пишут письма в разные инстанции, чтобы на этот дом обратили внимание и сохранили.

 


Не зарастает к дому в Сергиевом Посаде и «народная тропа» поклонников философа – на просторах интернета немало фотографий здания и, мягко говоря, «удивлений» туристов, которые вызывает его состояние. «Дом Розанова мы нашли наугад… улица Полевая берет свое начало от березовой рощи (Жукова роща), рядом – заросший Жуковский пруд…» – пишет в своем «Живом журнале» путешественница Lotta. На ресурсе «Крестовый мост» опубликованы следующие воспоминания: «В Сергиевом Посаде в 1991 году появилась новая "достопримечательность", место поклонения: по записям Михаила Пришвина, точно указавшего, где в Черниговском скиту находятся могилы Константина Леонтьева, Василия Розанова и родственников последнего, были восстановлены места их захоронения, установлены могильные плиты и деревянные кресты. С тех пор каждый год 5 февраля, в день смерти Василия Розанова, сюда от Российского фонда культуры приезжает многочисленная группа ученых и почитателей таланта писателя.

 

Выезд в прошедшую субботу был десятым. И, как обычно, паломники прошли покорной стайкой сквозь снежные заносы к последнему пристанищу Розанова – дому номер 1 на Полевой улице в районе Красюковка, который, судя по виду, мало изменил свои очертания с тех времен. Теперь здесь благодаря стараниям Станислава Лесневского и Виктора Сукача – наших провожатых – укреплена аккуратная мемориальная доска. Потрепанный домик (низ каменный, верх деревянный), поделенный ныне меж трех хозяев, внутри дворика – высокая, но ветхая, совершенно сгнившая березка».

 


«Я» встретилась с педагогом, писателем, лауреатом областной премии им. М.М. Пришвина Юрием Палагиным. Он поделился своими волнениями о том, какое историческое наследие Сергиев Посад уже потерял и какое еще можно спасти, в том числе связанное с именем русского философа Василия Розанова.



Город, который мы потеряли…


– Я собрал четырехтомник о писателях, которые были в Сергиевом Посаде – или жили, или гостили, оставляя в своих произведениях впечатления о нашем городе… Подтолкнул меня на это Василий Розанов в своем дневнике. Он пишет, что, когда учился в Костроме, городе с великой историей, удивился, что там не увековечена память ни одной исторической личности, имевшей отношение к городу. На днях меня пригласили в село Купанское Переславского района на открытие музея Михаила Пришвина. В какой-то тьмутаракани открывают целый музей писателя. А у нас нет даже памятных досок на домах, в которых жили великие мастера слова, обидно.

 Например, памятная табличка на доме Василия Розанова и присвоение его имени библиотеке – заслуга не местных чиновников, а московских философов из Всероссийского общества имени В.В. Розанова.

 


Город, который успели спасти


– Тому, что у нас сохранились могилы философов Леонтьева и Розанова, мы обязаны Пришвину. Это он, вместе с Татьяной Васильевной, дочерью Розанова, отмерил от угла Черниговской церкви, где примерно должны располагаться затерявшиеся места захоронения, в надежде, что найдутся те, кто облагородит этот погост. Слава богу, сегодня можно констатировать, что так и произошло.

 


Город, который пора спасать


– 5 февраля 2017 года, когда на день памяти Розанова приезжали московские философы, я обратился к ним с просьбой помочь нам удержать дом Розанова – единственный в России сохранившийся дом, где жил философ, архитектурное деревянное сооружение – яркий памятник тех времен. Они обрадовались, обещали содействовать и ходатайствовать… Но на деле ничего не произошло. Тогда я обратился к депутату Государственной думы Сергею Пахомову и главе района Михаилу Токареву, написал соответствующие письма чиновникам. Ответ везде один – дом находится в частной собственности. Получается, что муниципалитет его купить не может – будет нецелевое использование бюджетных средств, а частников, желающих купить легендарный дом для преображения его в музей, не нашлось. Сейчас я отправил по почте и по электронной почте письмо министру культуры РФ Владимиру Мединскому с просьбой помочь решить вопрос. Жду ответа.

 


История, которая есть


– В Сергиевом Посаде Розанов прожил с августа 1917 года до 5 февраля 1919 года, переживая смутное время: испугался того, что со дня на день немцы должны были захватить Петроград (шла Первая мировая война). И он решил уехать с четырьмя дочерьми, сыном и больной женой. Флоренский предложил ему поселиться в Сергиевом Посаде в доме профессора семинарии Беляева. Годы оказались тяжелыми, голодными, повторившими голодные годы детства, когда умер его отец.

 

Отрывок из книги воспоминаний дочери Розанова Татьяны: «Осенью мы переехали в Сергиев Посад, на Красюковку, на Полевую улицу в дом священника Беляева, который у него арендовали. Дом был большой, низ каменный, верх деревянный.

 

Внизу помещалась большая комната – столовая, сырая, с зелеными пятнами по углам. К ней примыкала кухонька, в которой стояла длинная плита, на которой мама готовила обед для всей нашей семьи со старухой-нищенкой. Мама сама ничего не могла делать, у нее была парализована левая рука и частично правая нога, и она с трудом ходила, но все же еще руководила всем домом. А что готовилось на этой плите? В большой эмалированной кастрюле варились пустые щи, в них была свежая капуста, немного картошки, соль, мука, морковь и больше ничего. На второе же была каша из зерен пшеницы, без всякого масла, или пшенная, хлеба почти никакого не было; бывало, что фунт хлеба делили на пять человек, а то больше ели лепешки из дуранды, или из свеклы, очень редко из овсяной муки, это считалось уже очень вкусно. Изредка доставали где-то конину и тогда варили с ней щи, но она была такая сладкая, что с трудом ели. Да через день брали три крынки хорошего густого топленого молока у соседей – трех старушек. Все же голод был ужасный, но тяжелее всего было матери и отцу, так как они были старые и отсутствие масла сказывалось больше всего на них. Они оба очень похудели и стали какими-то маленькими и совсем слабенькими».

 


Уроки от Розанова


– Впервые я вспомнил Розанова, когда готовился к первому уроку по МХК и находил много противоречий, читая Библию. Тогда я нашел у Розанова ответы на свои вопросы: «Библия так же противоречива, как и жизнь». Когда я писал статью о нем, я прочел его «Опавшие листья», «Мимолетное», где он записывал свои быстро текущие мысли, они цепляются одна на одну – как он смог их записать, невероятно – в мире таких аналогов нет…

 

наверх >
x Спасибо за внимательность. Опечатка уже отправлена нашим редакторам.