Николай Кривенко (фрагмент фото)
231
0

«Снегопуд» – так в духе Чуковского-Маяковского я бы назвал неистовство снеговой стихии, обрушившееся на город в прошедшие выходные. А вот товарищи из Загорского горисполкома, столкнувшиеся с подобным явлением в конце января – начале февраля 1935 года, по-деловому назвали его «ситуация» и создали специальную комиссию по преодолению последствий налёта Снежной королевы, назвав её «ситуационной».

 

Конечно, в городе случались всякого рода «ситуации». Например, пожары. Глобальные, впрочем, не так часто, эдак в году 1919–1920. Так ведь всё горело, Гражданская война, понимаете ли! Тогда регулярно работала Противопаводковая комиссия горисполкома, задачей которой была борьба с сезонными разливами речки Кончуры, случавшимися в весеннее половодье или в летние ливни. Противоснеговой комиссии не существовало. Советский Загорск столкнулся с этим впервые.

 

Конечно, в старом Сергиевском Посаде тоже были снегопады. Однако уже нельзя было сравнивать старый Посад и новый индустриальный город с бурно развивавшимися предприятиями и транспортными артериями, но с абсолютно нарушенной инфраструктурой поддержания в порядке улиц. Институт дворников был только-только возрождён, их катастрофически не хватало. А ведь «снеговая слепота» несла прямую угрозу и железнодорожному транспорту, тормозя интенсивное движение по Северной (Ярославской) железной дороге. И всякий сбой в ритмичном обеспечении задач второй пятилетки как в самом городе, так и на объектах, куда спешили паровозы, был чреват знакомством с ведомством Ягоды, Бермана и Фриновского.

 

В ситуационную комиссию вошли представители горкомхоза, милиции, основных предприятий города. Возглавил её сам председатель горисполкома. Первым шагом провели спешную трудмобилизацию. Архивные документы сохранили названия предприятий, прикрепленные к ним улицы и количество выставленных «бойцов». Обеспечение лопатами было возложено на коменданта Первого Дома Советов (ныне – Старая лаврская гостиница), вывоз снега – на управление «СтройЗОМЗ» и Загорскую МТС (машинно-тракторную станцию).

 

Интересно, что среди «бойцов снегового фронта» значились сотрудники газеты «Вперед» и «писательская бригада города Загорска». Последнее – не ирония пана Рдултовского, а официальное название тогдашней местной писательской организации. Эту бригаду, кстати, упоминает в своих дневниках М.М. Пришвин. Правда, неясно, кто из писателей принимал участие в том аврале… Другое дело, мы можем сказать, что о той непогоде написал Михаил Михайлович. Читаем: «12 февраля. Неделями валит снег…» Чуть позднее Пришвин сообщает, что снегопад плавно перешел в сильную оттепель с бурным таянием. Аккурат Противопаводковой комиссии работа!

 

Газета «Вперед» сообщила тогда интересные факты из борьбы со стихией сельских ребят района. Например, они выставляли вешки – знаки из еловых веток, указывающие направление дорог. Один очерк был посвящен тому, как школьники из деревни Старо-Григорово спасали свою учительницу, оказавшуюся на казённой квартире в заметенной по крышу школе: «Школу чуть видно. Всю снегом замело. «Учительше и не вылезти оттуда!» – «Может, задохнулась, сердешная!» Далее автор, селькор Михаил Саввин (сам педагог), рассказывает о том, как дети пробивались к школьным дверям, копая снег всеми подручными средствами: «Закипела работа у ребят. Добрались до двери, стучат: «Марьиванна, жива, что ли?» А она будто ждала их, с трудом отворила дверь, вышла и смеется: «Вот хорошо, выручили. А я уж думала, что через окошко придется выбираться. Только жаль было отмазывать окно – школу студить!»

 

Следующее боестолкновение со снегом произошло в феврале 1942 года. Тогда серьёзность ситуации усугублялась необходимостью обеспечить бесперебойное передвижение войск и боеприпасов к линии фронта – продолжалась Московская битва! Сохранились интересные воспоминания колхозников сёл Киримово и Зубцово о работах молодёжи на расчистке трассы. Тогда ситуацию спасло привлечение армейской техники. С удивлением и восторгом смотрели молодые ребята и девчонки, призванные на снегоочистные работы, на то, как трудится мощный снегоочиститель, пробивавший себе путь в снеговой массе и метавший в разные стороны снег. Да еще и с включенными фарами!

 

От великого до смешного – один шаг… Вспоминая снегопады 1984 года, на ум приходят слова Козьмы Пруткова: «Если на клетке с буйволом написано слон, не верь глазам своим!».

 

Ночной снегопад напрочь отрезал пригородные электрички, следовавшие из Александрова и Загорска к Москве. Точно такая же ситуация создалась и на других направлениях. Если брать в расчет, что это были утренние рейсы, на которых тысячи жителей Подмосковья ехали на работу, это был коллапс. Еще более его усугубляла политическая кампания властей под лозунгом «Рабочее время – работе!». Конечно, была организована выдача справок о задержке по техническим причинам. Конечно, последствия «снегопуда» 1984 года коснулись не только простых тружеников, но и начальства, однако… Официальная информация по этому поводу звучала совсем абсурдно. Оказывается, «слухи» о массовом сбое движения железнодорожного транспорта под Москвой были не что иное, как идеологическая провокация наших врагов, а те, кто говорит о ней, – «поют с враждебных нашему строю голосов».

 

Впрочем, если разливы были только весной и летом, то снегопады могли произойти в самую пору цветения. Очень памятен снегопад 1972 года, когда обильный снег выпал в канун Дня Победы, 8 мая, и пролежал два дня. Тогда наш замечательный фотожурналист Николай Кривенко выполнил интересные снимки с изображением этого удивительного зрелища.

 

Жаль, что Снежная королева к тому времени уже умчалась на своих санях. А то бы мы имели и ее портрет – Кривенко был и большой мастер фотопортрета. В том числе красивых женщин.

 

Но – заговорился я с вами, нужно снег дочищать!

наверх >
x Спасибо за внимательность. Опечатка уже отправлена нашим редакторам.