«Турагентство» с Нижнёвки

Степанов Юрий
403
0

Записки инструктора горкома

 

Продолжение. Начало в №№18-20


Отношения городских властей с Лаврой, не считая решения общих хозяйственных вопросов, насколько я могу судить, были сугубо «экскурсионными». Идеологический отдел горкома регулярно принимал и сопровождал различных гостей, стремящихся увидеть в Загорске не только архитектуру Лавры и Ризницу, но и заглянуть, так сказать, в «закрома» монастыря и духовной академии. В то время, например, Церковно-археологический кабинет при академии был мало кому доступен и даже посмотреть на живого монаха приезжим было интересно. Такие закрытые экскурсии были предметом гордости наших властей, фирменной «фишкой» города, ну а для работников нашего отдела это означало дополнительную работу по выходным.

 

Публика приезжала разная. Мне однажды довелось сопровождать группу работников международного отдела ЦК КПСС. Принимали их по высшему разряду – включая обед с участием ректора академии, с коньяками и диковинными фруктами, что для начала 80-х было экзотикой. Запомнился и ещё один приём, гораздо позже – в Красной гостиной монастыря, где встречали знаменитых музыкантов Ирину Архипову и Евгения Светланова, у которых в тот вечер был концерт во Дворце культуры.

 

Запомнился этот приём в основном страшным конфузом – мы с Николаем Хохловым, в то время директором Хотьковской музыкальной школы и одним из организаторов цикла концертов классической музыки в ДК Гагарина, ждали одного Светланова, и букет цветов был один. И достался он Евгению Фёдоровичу, поскольку тот первым вышел из машины. А Ирина Константиновна осталась без цветов, что настроение ей не улучшило. Как и нам, разумеется. Светланов нас тоже не выручил – а мог бы и пожертвовать свои цветы женщине!


Взаимодействие горкома и Лавры осуществлялось посредством горотдела КГБ. Когда «сверху» приходил заказ на экскурсию, Константин Бобков звонил по телефону его начальнику Анатолию Никифоровичу Епифанову и называл время и детали приёма очередной группы. Обычно гости подъезжали к «белому дому», к ним садился инструктор нашего отдела, в Лавре он обращался в так называемый «офис» – там сейчас книжная лавка, слева от Надвратной церкви. К гостям выходил импозантный, кругленький, уютный батюшка, звали его Юрий Андреевич Мурышкин (иногда его заменял не менее импозантный, но статный и молодой отец Владимир), далее шло предварительное вступление к экскурсии, гостей угощали монастырским квасом и давали сопровождающего – монаха или студента академии. Классический маршрут был такой: экскурсия по территории Лавры (с музейным экскурсоводом или монахом), Ризница (только с музейным работником) и Церковно-археологический кабинет в академии. В особых случаях – обед.


О том, как тесно работают наши церковнослужители с КГБ, я однажды убедился на личном примере. Как-то я пооткровенничал со студентом-экскурсоводом из академии – мол, так часто здесь бываю, что мог бы уже и сам водить экскурсии. Пошутил. Шутка вернулась мне от Бобкова, которому об этом незначительном эпизоде рассказал Епифанов: что это там Степанов себе позволяет?


Анатолий Епифанов мне запомнился как человек закрытый, немногословный, вполне интеллигентного вида. На заседаниях бюро горкома, членом которого он был, так сказать, «по статусу», Епифанов обычно молчал, лишь иногда переговаривался с ещё одним «тяжеловесом» – Виктором Дмитриевичем Протасовым, директором хотьковского ЦНИИСМ, членкором и профессором. Между прочим, именно благодаря Епифанову в Загорск регулярно приезжал ансамбль Игоря Моисеева, поскольку Анатолий Никифорович неоднократно сопровождал по линии КГБ наших прославленных танцоров в заграничных гастролях.

 

Ещё об одной детали, которая характеризовала тогдашнее положение церкви. Находившийся в Лавре государственный музей-заповедник занимал здание Казначейского корпуса рядом с Троицким собором. И подобно многим государственным учреждениям накануне очередных выборов «блока коммунистов и беспартийных» вход в него украшали обязательные атрибуты наглядной агитации – в кумаче, а то и с лампочками по периметру: «Агитпункт», «Все на выборы!» и тому подобное.

 

Прямо в двух шагах от входа в Троицкий собор, где мощи преподобного Сергия, знаменитая икона «Троица» (хотя и копия) и нескончаемый поток паломников и туристов! Не хватало только портретов основоположников марксизма… Такие агитукрашения и в городе-то уже диковато смотрелись, а тут – в монастыре, в мировом центре православия. Зачем? Должен же быть какой-то такт... Когда я поделился своими сомнениями с кем-то из начальства, услышал в ответ: «У них своя жизнь, у нас – своя. В городе мы хозяева». Неудивительно, что «когда власть переменилась», полноценными и безраздельными хозяевами почувствовали себя уже «служители культа» – по крайней мере, внутри лаврских стен, а часто и за их пределами.

 

Продолжение следует

 

Комментарии
0

Никто еще ничего не написал...

наверх >
x Спасибо за внимательность. Опечатка уже отправлена нашим редакторам.