Алексей Назаркин: Суд как соревнование

Зуйков Михаил
291
0

В жизни граждан бывают ситуации, когда приходится защищать свои права в суде. В этом случае не обойтись без адвоката – квалифицированного юриста, способного разобраться даже в самом непростом деле. Но получить этот статус может далеко не каждый знаток законов. Об особенностях своей профессии и российской правовой системы «Я» рассказал адвокат Алексей Назаркин.

 

– Для начала, как стать адвокатом?

 

– Как такового вузовского обучения на профессию адвоката нет. Чтобы тебя допустили к экзаменам, нужно отучиться два месяца на специальных курсах. При этом надо иметь стаж юридической работы не менее двух лет. После обучения идут два экзамена. Первый – компьютерное тестирование, второй – устный. Собирается комиссия из 12 человек – председатель палаты адвокатов области и другие уважаемые адвокаты. Соответственно,надо ответить на полторы сотни вопросов из самых разных сфер юридической отрасли. Уголовное право, гражданское право, административное и арбитражное.

 

Человеку, сдавшему экзамены, присуждается статус адвоката, и он приносит присягу: «Торжественно клянусь честно и добросовестно исполнять обязанности адвоката, защищать права, свободы и интересы доверителей…» Клятва говорит о том, что человек, находящийся на своей должности, должен добросовестно выполнять свои обязанности. Далее выбираешь коллегию и работаешь.

 

По факту коллегия особо клиентов не подкидывает, поэтому чаще от себя работаем, сами ищем клиентов. Адвокат не является индивидуальным предпринимателем, но налогами облагается так же, как индивидуальный предприниматель.

 

– У адвокатов есть разделение на специализации?

 

– Каждый выбирает ту отрасль, которая ему больше нравится, в которой он лучше разбирается. Я для себя выбрал уголовное право, потому что у меня большая практика по уголовным делам была, и гражданское право. Эти отрасли часто пересекаются. Но в целом как такового профессионального разделения нет.

 

– Чем отличается адвокат от обычного юриста?

 

– Адвокат – это в принципе высококвалифицированный юрист, потому что сдавал экзамены и всё то, о чём я прежде говорил. Кроме того, законодательно у нас не закреплено, кто может работать юристом. Были случаи, ко мне приходили люди, и выяснялось, что юрист, к которому они обращались, даже не имеет высшего юридического образования.

 

Ещё одно отличие в том, что адвокат несёт большую ответственность за свои действия. Если он нарушил клятву либо действовал вопреки воле своего доверителя, то может получить дисциплинарное взыскание, а то и лишиться статуса адвоката. Этого никто не хочет.

После получения статуса каждый адвокат должен проходить не менее 20 часов обучения в год. Палатой либо коллегией организуются занятия, преподаватели готовят темы, рассказывают, потом проходят дискуссии. То есть в любом случае адвокат всегда повышает свою квалификацию.

 

– Почему вы пошли в защитники, а не в обвинители, не в прокуратуру?

 

– Наверное, потому что отлегло у меня от следственной работы. У следователей ритм бешеный, люди на износ работают. Кто-то переводится, кто-то уходит – есть своя кадровая текучка. Зарплаты по нынешним меркам там также не особо высокие, поэтому я решил пойти в адвокаты, чтобы содержать себя и свою семью. Можно было пойти юристом в какую-нибудь фирму, но это не по мне. Здесь я сам за себя отвечаю, сам выполняю свои обещания.

 

– Какими личными качествами должен обладать хороший адвокат?

 

– Они все заложены в присяге. Честность, добросовестность. Адвокату не стоит лезть туда, где он не разбирается. Ещё полезно хотя бы немного владеть ораторским искусством. Надо уметь высказывать свои доводы в расширенной форме, чтобы каждая сторона их понимала. Не только судья и следователь, но и доверитель, который в юридической сфере может мало что знать.

 

– Почему юридический язык так сложен для простых людей?

 

– Закон создается так, чтобы не было его дополнительных интерпретаций, чтобы его понимали именно так, как задумал законодатель. Есть, конечно, пробелы у нас в законодательстве. Есть законы, которые разные судьи воспринимают по-разному. В одном случае норму применяют, в другом не применяют. Это скорее зависит от практики, сложившейся в том или ином регионе. Но в любом случае у нас есть Верховный суд, который всегда даёт разъяснения, разбирает конкретные схожие или сложные ситуации.

 

– То есть в судах нижних инстанций могут существовать своеобразные двойные стандарты?

 

– Могут, конечно. Бывает зачастую, что суд первой инстанции выносит решение, потом апелляционная инстанция отменяет это решение, выносит новое. Затем всё это переходит в Верховный суд, который говорит либо, что все неправы, и возвращает дело на новое рассмотрение, либо что прав суд первой инстанции, и всё равно возвращает дело на новое рассмотрение. После Верховного суда, как правило, становится понятно, какое решение в итоге будет принято окончательно.

 

– Существует шутка о том, что хороший адвокат знает закон, а очень хороший адвокат знает судью. Что вы думаете по этому поводу?

 

– Знать судью можно по-разному. В первом случае это явно коррупционная составляющая, но адвокаты знают закон и должны действовать только в рамках закона.

В другом случае судью можно знать с профессиональной позиции. В Сергиевом Посаде я часто хожу в суды, в результате общения с судьями понимаю, в каком направлении они будут действовать в разных ситуациях. Как лучше задать вопрос, подать ходатайство. Это помогает в работе, хотя особой роли не играет. Когда выезжаешь в другие регионы, где судьи незнакомы, действуешь уже в общих предусмотренных рамках.

 

– Что вам доставляет удовольствие в вашей работе?

 

– Выигрывать споры с другими адвокатами непосредственно в суде. Если какие-то доводы принимаются судьей в нашу пользу, то это очень приятно. Суд – это соревнование, в котором судья квалифицированнее всех. В гражданском процессе каждая сторона должна доказать доводы, на которые она ссылается. То есть, если мы что-то требуем, мы должны доказать, в связи с чем мы это требуем и почему суд должен встать на нашу сторону. Другая сторона должна наши требования опровергнуть. А судья уже принимает обоснованное, законное решение.

 

– Бывают дела, по которым трудно бороться?

 

– Да. Установление места жительства ребёнка после развода родителей. В 99% случаев ребёнок остается у матери, какие бы доводы ни приводились отцом.

 

– Какова задача у адвоката в уголовном процессе?

 

– В уголовной сфере в первую очередь адвокат добивается того, чтобы все требования закона соблюдали следственные органы и суд. Зачастую бывает, что реально снижаются сроки наказания, но опять же адвокат должен высказать все доводы, стребовать со следствия какие-то доказательства. Это всё очень кропотливая работа.

 

Статья кодекса может быть одна и та же, но каждый раз процесс идёт по-разному. Это противостояние адвоката и прокурора, которые работают в принципе с одними и теми же законами.

 

За каждое преступление предусмотрено наказание, например, от 0 до 10 лет. Прокуратура просит 8 лет, а мы просим либо 6 лет, либо условное наказание. В данном случае мы должны доказать, почему подсудимому нужно дать меньший срок, чем просит прокуратура. Вот и всё.

 

– Эмоциональная составляющая присутствует в вашей работе? Переживаете за ту или иную сторону?

 

– Конечно, присутствует. Я, наверное, уже просто привык к этим волнениям. Переживаю чаще всего за детей или за отцов, например, когда мама не даёт отцу видеться с ребёнком, препятствует всячески, уезжает к родителям в другой регион. Это один из примеров. А в целом все ситуации разные. В любом случае работа должна быть выполнена, и она идёт в том направлении, в котором просит доверитель.

 

 

Комментарии
0

Никто еще ничего не написал...

наверх >
x Спасибо за внимательность. Опечатка уже отправлена нашим редакторам.