А не построить ли нам?

Редакция
218
0

От редакции

Участок земли под недостроенным фондохранилищем на углу улицы Шлякова и проспекта Красной Армии недавно перевели в собственность муниципалитета. «Ярмарка» будет следить за его дальнейшей судьбой. Пока власти думают о будущем площадки, расскажем о том, что здесь происходило прежде. Слово замечательному краеведу Алексу Рдултовскому.

 

У каждой эпохи были свои легендарные долгострои. Восьмидесятые годы прошлого века запомнились многолетней стройкой гостиницы «Загорская» (первоначально, кстати, «Бероун»), детским садиком на Валовой улице и новым корпусом Завода школьного приборостроения. Последний в недостроенном виде возвышается до сих пор и хорошо заметен с Краснофлотской улицы.

 

Новые времена принесли новые долгострои. Почти два десятка лет залитый водой фундамент снесённого дома на углу улицы Сергиевской и Вокзального переулка называли «бассейном имени перестройки». Слава Богу, сей «объект» канул в прошлое.

 

Ещё в начале 1990-х годов на улице Ново-Огородной появились три краснокирпичных особняка. Коробки их стоят до сих пор, являясь объектом детских игр. Конечно, было бы разумно их использовать постсоветскими кинематографистами для съёмок отечественных триллеров (например, «Жених», «Дуэлянтша» или «Кот в шозах»). Так нет, не хотят, заневедались!

 

А ещё – фондохранилище музея-заповедника на углу улицы Шлякова и проспекта Красной Армии. О нём и поговорим.

 

 

Сначала немного из истории. Если мы обратимся к старым фотографиям, то сможем увидеть два дома. Один, на самом углу, маленький, с мезонинчиком. Второй – двухэтажный, вытянувшийся вглубь квартала от «красной линии». При сильном увеличении панорамных снимков 1940-х и середины 1960-х мы видим оба дома. Но в самом конце 1960-х годов маленький был снесён. А примерно в 1975–1976 годах снесли и двухэтажный. Пространство было огорожено бетонным забором, из тех, которые звали «стена демократии» из-за расклеивания на них частных объявлений.

 

Архитектура, архитектура… А где же красота, романтика, любовь наконец? Будет, будет и белка, и свисток!

В начале ХХ века хозяйкой маленького дома была некая Анна Семеновна Богуцкая. А кроме домика за ней числился ещё и двухэтажный дом в Мамаевском (Пионерском) переулке. И ещё муж, Фома Яковлевич, жандармский вахмистр. Неместный, из Киевской губернии, села Войтцы. Но знаменитый. Его упоминает писатель Александр Иванович Куприн в очерке «Мой паспорт». Фома производил у Куприна обыск!

 

В 1905 году у них родилась дочка Лидия. Наверное, она была хорошей девушкой, училась сначала в гимназии, а потом – в институте народного образования, созданном при советской власти. А потом она стала женой военного лётчика Павла Блюхера, брата знаменитого красного маршала. Что было дальше – можно догадаться. Фому Яковлевича арестовали как церковника (у него в доме был тайный монастырь), Лидию – как соучастницу контрреволюционной организации братьев Блюхеров. А расстреляли обоих в один день, на Бутовском полигоне. Маленькую дочку спрятали родственники, она потом долго жила в Загорске, работала на ЗОМЗе, а в начале 1970-х уехала в Ленинград.

 

А теперь – «поговорим об искусстве»!

 

Если ружье висит на стене, оно должно выстрелить! Если земельный участок в историческом центре города соседствует с Домом художника и музеем-заповедником, то… сами понимаете, не два по третьему.

 

Художник Виктор Багров вспоминал, что в 1990-е годы, когда он был председателем правления местного отделения Союза художников России, была задумана городская картинная галерея. Она должна была находиться как раз на углу улицы Шлякова и проспекта Красной Армии. Власти менялись, и фундамент картинной галереи переоформили в фондохранилище Сергиево-Посадского музея-заповедника.

 

Появились котлован и зачатки цокольного этажа. Потом работы на десятилетие прекратились. Рабочее пространство превратилось в площадку для занятий паркуром, экстрим-гостиницу для специфических паломников и место, где можно было в романтической «готской» атмосфере распить бутылочку. Картина, надо сказать, была еще та – «симбиоз брошенной машинно-тракторной станции и сельского кладбища», как говорил один мой знакомый, намекая на обломки странных авангардных «скульптур», возникавших на стыке стройплощадки и территории Дома художника.

 

Ожил «культурный долгострой» только в канун празднования 700-летия преподобного Сергия Радонежского. Некоторые СМИ обнародовали колоссальную сумму на работы – около 300 млн рублей. 13 октября 2013 года состоялась закладка камня на месте продолжения строительства нового здания фондохранилища Сергиево-Посадского государственного историко-художественного музея-заповедника.

 

Фото из архива газты "Вперед"

 

Наместник Троице-Сергиевой лавры и директор музея архиепископ Феогност тогда совершил обряд освящения закладного камня и обратился к собравшимся: «12 лет назад было принято решение о строительстве фондохранилища, а больших шагов – не было. С приходом в Московскую область Андрея Воробьева решено вновь начать строительство. Наша задача – сохранить драгоценные реликвии, чтобы, прикасаясь к ним, молодое поколение осознало себя, поняло, что оно не чуждо нашей культуре, а является её продолжателем и преемником».

 

Планировалось, что здание достроят в 2015 году. В нём хотели разместить коллекцию одного из крупнейших музеев Подмосковья, насчитывающую более 120 тысяч музейных экспонатов. Также там хотели расположить реставрационные мастерские, выставочные залы для демонстрации временных тематических выставок из фондов разных музеев и частных коллекций, художественный салон современного искусства, лекционно-мультимедийный зал.

 

Потом исчезли информационные щиты и упоминания фонда инвестора «Право на славу», который обещал вложить средства в строительство. Потом появились многометровые праздничные баннеры и исчезли вагончики строителей. Зазвучали различные версии, предположения, домыслы. Печать сообщала, что руководители фонда ссылаются на «несостыковки» чиновниками каких-то документов. Дух долгостроя вновь воцарился за высоким забором.

 

Иногда из-за него раздавалось легкое постукивание, и некоторые наивные граждане высказывали предположение, что «работы всё-таки идут». В конце концов это постукивание, происходившее от незаметных глазу колебаний натянутых баннеров, один остряк свалил на «демона места» – некоего Маленького Тука, который, играючи на объекте, куда-то свалился и то ли ищет выход, то ли сообщает о новой идее перепрофилирования объекта!

 

Идей было много, и возникали они то спонтанно, то как-то сомнительно организованно. Вроде того, что фондохранилища нам не надо, а мы хотим сквер.

Наверное, ни один долгострой не рождал столько предположений. Сквер, подземная стоянка, театр, гостиница… Прям букмекерскую контору открывай, чья возьмет!

 

Можно, кстати, памятник какой-нибудь поставить, например, загорской конфете «Коровка». Или спортплощадку сделать с целями пропаганды традиционных видов здорового досуга. Например, для игры в чехарду. И под это разработать альтернативу бейсболке – какую-нибудь «чехардовку». Новую, на вате. Чтоб не болела голова.

 

Алекс Рдултовский

Комментарии
0

Никто еще ничего не написал...

наверх >
x Спасибо за внимательность. Опечатка уже отправлена нашим редакторам.